Краеугольным булыжником его психики представляет стойкая уверенность в собственном мужском совершенстве. Он не бедует в стабильном свидетельстве этого для себя и для опоясывающих. Он также не проверяет надобности подчеркивать собственное мужское совершенство сомнительными методами, подобными, как злоупотребление хмелем, азартными играми, напускной дерзостью и беспощадностью, жаждой власти и доминированием.
Он эпизодично влюбляется, однако во целых собственных контактах с тетями пускает им максимум чувств. Он слезлив и видит в тете не только секс, но и человека. Тети, якшаясь с ним, ощущают себя юными, красными, а также в целой безопасности. Как правило, он не оставляет на собственном дороги жен обделенных и бесталанных. В своей жизни ему доводится встречаться в постели со многими тетями, однако не для того, чтобы собирать собственные победы: количественное касательство к сексу ему абсолютно чуждо. Его описывает приверженность к целой персональной независимости и самостоятельности, а также ненарушимое омерзение к попаданию в подвластность и повиновению себя общим нормам, обыкновению, обычаям и тому сходное, то есть целому тому, что называется схематизмом. Он ввек ничего не мастерит по насилию. Он ввек не вступает в половые контакты с тетями из низкорослых, оскорбляющих мужское совершенство побуждений. Его мишень - познавать и пускать удовольствие и счастье.